как политика Токио отразится на безопасности в АТР

как политика Токио отразится на безопасности в АТР

В контексте введения ограничений в отношении России представители политического истеблишмента Японии сделали ряд заявлений, которые, вероятно, безнадёжно испортят двусторонние отношения. Текущие экономические, финансовые, технологические, визовые и прочие санкции, бесспорно, демонстрируют приверженность современного Токио курсу Вашингтона и его союзников. Однако выявились и более опасные тенденции, способные нарушить хрупкий баланс сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе и вызвать «волну» нестабильности с трудно прогнозируемыми последствиями.

В частности, в конце февраля 2022 г. бывший премьер-министр страны Абэ Синдзо заявил, что Токио стоит задуматься о повышении уровня своей безопасности и не относиться к вопросу о ядерном оружии как к табу. Не стоит забывать и о наличии с конца 1960-х гг. секретного соглашения между Токио и Вашингтоном, предусматривавшего возможность размещения американского ядерного оружия на острове Окинава в чрезвычайных обстоятельствах. Япония обладает технологиями производства ракетных средств доставки. К таковым можно отнести уже стоящие на вооружении крылатые ракеты ASM-3 (дальность 400 км), JASSM и LRASM (свыше 500 км), а также разрабатываемые образцы ракетного оружия, в том числе гиперзвуковые.

Даже при сохранении неядерного статуса характер военного строительства Токио заставляет сомневаться в пацифизме руководства страны. Особую тревогу для России (и Китая) представляют приобретение возможностей нанесения ударов по наземным целям высокоточным ракетным оружием, совершенствование систем противоракетной обороны, а также отнюдь не гипотетическое размещение на японской территории американских ракет средней и меньшей дальности.

Наконец, чрезвычайно беспокоит реакция Токио на обострение международной обстановки в связи со спецоперацией ВС РФ. Введение санкций довольно ожидаемо с учётом следования Токио в фарватере американской внешней политики. Характер и объём ограничений в этот раз оказались значительно существенней, чем в 2014 г., однако, например, топливно-энергетический сектор под них пока не попал.

Разочаровывает отказ японской стороны рассматривать вопросы экономического сотрудничества вне контекста решения «территориального вопроса» и обсуждать подписание мирного договора до удовлетворения своих претензий. Фактически, все договорённости, достигнутые В. Путиным и С. Абэ в Сингапуре в 2018 г., оказались дезавуированы. Скорее всего, останется нереализованным и «План из 8 пунктов», представленный в 2016 г. в Сочи, который до недавнего времени значительно способствовал развитию двустороннего сотрудничества. Переговоры министра иностранных дел Японии Й. Хаяси и министра экономического развития России М. Решетникова, состоявшиеся в феврале 2022 г., также, скорее всего, не дадут положительных результатов, так как пока японская сторона не считает возможным дальнейшее взаимодействие в торгово-экономической и инвестиционной сферах.

Официальный Токио впервые трактовал действия России как «агрессию». В этой связи в политическом истеблишменте страны существенно ускорился процесс обсуждения необходимости изменения ст. 9 Конституции, запрещающей иметь вооружённые силы и наступательные вооружения. К инициативе Коммунистической партии Японии укрепить обороноспособность страны постепенно присоединяются и другие парламентарии. Весьма симптоматично и высказывание японского МИД относительно «оккупации» Россией южной части Курильских островов, что, на взгляд официального Токио — нарушение международного права, как и «нападение» на Украину. Возврат Японии к такой риторике вряд ли будет способствовать развитию двустороннего сотрудничества.

В этой связи, растут шансы на легитимизацию фактически уже утвердившегося курса Страны восходящего солнца на повышение оборонных расходов — на 2022 год бюджет составил 47,2 млрд долл. с перспективой увеличения ещё на 6,8 млрд долл. Дополнительные траты объясняются приобретением вооружений и оборудования, недопоставленных из-за эпидемии COVID-19, а также защитными мерами реагирования на угрозы со стороны КНДР и КНР. С учётом последних заявлений японских дипломатов, в официальный список недругов может попасть и Россия. Увеличение же финансирования до предлагаемых американскими аналитиками 2% ВВП (сейчас уже порядка 1,3%) позволит обеспечить дальнейшее совершенствование технологического уровня и ударных возможностей пока ещё Сил самообороны, что необратимо изменит расстановку сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

В контексте введения ограничений в отношении России представители политического истеблишмента Японии сделали ряд заявлений, которые, вероятно, безнадёжно испортят двусторонние отношения. Текущие экономические, финансовые, технологические, визовые и прочие санкции, бесспорно, демонстрируют приверженность современного Токио курсу Вашингтона и его союзников. Однако выявились и более опасные тенденции, способные нарушить хрупкий баланс сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе и вызвать «волну» нестабильности с трудно прогнозируемыми последствиями.

Ядерные коммунары

В частности, в конце февраля 2022 г. бывший премьер-министр страны Абэ Синдзо в эфире Fuji Television заявил, что несмотря на участие Японии в Договоре о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) на правах государства, не обладающего таким оружием, а также провозглашённых «трёх неядерных принципах», Токио стоит задуматься о повышении уровня своей безопасности и не относиться к вопросу о ядерном оружии как к табу. По словам политика, японское правительство неоднократно подчёркивало опасность растущей военной активности Китая, а также ракетно-ядерной программы КНДР, однако сдержать эти и другие угрозы наиболее эффективно возможно только с помощью учреждения совместной с США ядерной миссии (nuclear sharing).

Такой опыт применяется в рамках НАТО и предусматривает размещение и хранение американского ядерного оружия на территориях неядерных участников альянса. Сегодня американское тактическое ядерное оружие (около 150 авиационных бомб B61 с зарядом изменяемой мощности) размещено в Бельгии, Германии, Италии, Нидерландах и Турции. Данные государства (Турция в меньшей степени) участвуют в планировании по применению и тренировках по нанесению ударов. Однако ответственность за хранение, контроль и командование лежит на ВВС США, и только Вашингтон решает, когда и в каком объёме это оружие применить.

Россия, Китай, Иран при поддержке ряда других стран (Куба, ЮАР, Казахстан, Сирия, Филиппины) выступают за прекращение «горизонтального распространения» ядерного оружия и отказа от совместных ядерных миссий, как противоречащих ДНЯО. В видеообращении на конференции по разоружению в Женеве 1 марта 2022 г. С. Лавров подчеркнул, что совместные ядерные миссии НАТО фактически отрабатывают возможности нанесения ударов по России, поэтому всё американское ядерное оружие стоит как можно быстрее вернуть домой, а связанную с ним инфраструктуру в Европе уничтожить.

По мнению Абэ, Япония, пострадавшая от атомных бомбардировок в 1945 г., выступает за глобальный отказ от ядерного оружия, но в условиях обострившейся необходимости защиты жизней граждан страны, стоит рассмотреть различные варианты укрепления безопасности. Он отметил, что Украина, согласившаяся передать России ядерное оружие, оставшееся на территории страны после распада СССР, в итоге не смогла заручиться гарантиями безопасности.

Действующий премьер-министр Кисида Фумио, семья которого родом из Хиросимы, был вынужден сразу прервать столь опасные размышления своего предшественника. Согласно заявлению нынешнего главы правительства, совместная ядерная миссия с США неприемлема для Японии с точки зрения соблюдения «трёх неядерных принципов», провозглашённых ещё в 1968 г. премьером Сато Эйсаку и одобренных парламентом через три года. Согласно данным принципам, Токио обязуется не обладать ядерным оружием, не разрабатывать и не ввозить на территорию страны. Незамедлительно с требованием к Токио подтвердить приверженность отказу от обладания ядерным оружием в любой форме обратился и Китай.

Не стоит забывать и о наличии с конца 1960-х гг. секретного соглашения между Токио и Вашингтоном, предусматривавшего возможность размещения американского ядерного оружия на острове Окинава в чрезвычайных обстоятельствах [1]. Об этом документе мировой общественности стало широко известно только в 2005 г., а соблюдались ли на практике неядерные принципы, представляющие, скорее, политическое заявление, нежели обязательство, точно сказать невозможно до сих пор.

Не разбудить Годзиллу!

В 2017 г. бывший генеральный секретарь Либерально-демократической партии Исиба Сигэру уже высказывался в пользу приобретения Японией возможностей создания ядерного потенциала, если это станет необходимым. По мнению ряда экспертов, такие действия формально не противоречат Конституции Японии. Среди представителей политической элиты страны всё ещё существуют сомнения по поводу эффективности американского «ядерного зонтика», несмотря на то, что в апреле 2021 г. Белый дом уже подтверждал свою поддержку безопасности Японии с использованием полного спектра своих возможностей, включая ядерное оружие.

За годы эксплуатации атомных электростанций Япония накопила порядка 45 тонн плутония, при этом только 9 тонн хранятся непосредственно в стране, а остальной запас пока находится в Великобритании и Франции, но подлежит возврату. Так называемое МОХ-топливо, в состав которого входит наработанный в реакторах плутоний, пока не получило распространения в энергетике из-за сложностей его переработки, что создаёт неопределённость относительно дальнейшей судьбы огромного количества ядерного материала, пусть и находящегося под гарантиями МАГАТЭ. Вместе с тем вопреки мнениям о том, что Токио может создать до 6 тыс. ядерных боеприпасов, использовать наработанный плутоний для производства боевых частей без серьёзной переработки невозможно. Наличие у Токио действительных технологических возможностей для этого — вопрос дискуссионный.

Япония обладает технологиями производства ракетных средств доставки. К таковым можно отнести уже стоящие на вооружении крылатые ракеты ASM-3 (дальность 400 км), JASSM и LRASM (свыше 500 км), а также разрабатываемые образцы ракетного оружия, в том числе гиперзвуковые. В начале 2021 г. было заявлено о намерениях довести дальность крылатых ракет наземного, морского и авиационного базирования до 1 500 км с приданием характеристик, повышающих шансы успешного удара (малая заметность, сложная траектория, переменная скорость на маршруте). Технологии создания баллистических ракет также практически освоены промышленностью — наиболее передовым образцом является трёхступенчатая ракета-носитель «Эпсилон-5» с полезной нагрузкой более 1200 кг. Японское агентство аэрокосмических исследований располагает спутниками дистанционного зондирования Земли, телекоммуникационными и разведывательными спутниками,т а в перспективе могут быть развёрнуты боевые космические аппараты-перехватчики [2].

В уравнении с ядерным потенциалом Японии неизвестными остаются только реальные масштабы и темпы производства специальных боевых частей ракет и бомб, а также возможность принятия такого решения.

Даже при сохранении неядерного статуса характер военного строительства Токио заставляет сомневаться в пацифизме руководства страны. Особую тревогу для России (и Китая) представляют приобретение возможностей нанесения ударов по наземным целям высокоточным ракетным оружием, совершенствование систем противоракетной обороны, а также отнюдь не гипотетическое размещение на японской территории американских ракет средней и меньшей дальности. Так, Корпус морской пехоты США на Окинаве уже обладает тактическими ракетными комплексами, в перспективе способными применять гиперзвуковые ракеты.

Остров невезения в океане есть

В интервью на Fuji TV Абэ Синдзо также затронул тему Тайваня. По мнению корифея японской политики, США следует отказаться от позиции «стратегической неопределённости» в отношении военных гарантий безопасности острова, поскольку только прямое и недвусмысленное заявление, что Вашингтон вмешается в случае атаки на Тайвань, сможет сдержать Пекин. Бывший премьер отметил, что остров Йонагуни, входящий в префектуру Окинава, находится всего в 110 км от тайваньского побережья, и в случае агрессии Китая, Япония утратит контроль над воздушным и морским пространством в этом районе. В начале 2022 г. премьер-министр Кисида уже высказывался о необходимости уделить значительное внимание обороне в районе островов Нансей, разделяющих Восточно-Китайское и Филиппинское моря и практически вплотную подходящих к о. Тайвань.

Также в августе 2021 г. Токио и Тайбэй обсуждали перспективы увеличения объемов торгово-экономического, инвестиционного и технологического сотрудничества, а также развития связей в сфере обороны и безопасности. По мнению представителей правящих партий сторон, политика китайского руководства свидетельствует о явных намерениях изолировать остров и вынудить демократическую администрацию к снижению самостоятельности, что приведёт к формированию зависимости от материка. В этой связи представители ЛДПЯ не исключили скорого присоединения Тайваня к Всеобъемлющему и прогрессивному Транстихоокеанскому партнёрству, а также расширение членства в межправительственных международных организациях, включая ВОЗ.

В течение 2021 г. японские политики, в том числе вице-премьер Асо Таро, открыто высказывались о серьёзной опасности для Японии возможной военной операции КНР по возврату Тайваня и необходимости оказания содействия обороне острова в случае атаки. В ежегодном докладе по вопросам обороны, представленном в июле 2021 г., впервые довольно чётко была обозначена позиция Токио в отношении острова. Ряд политиков допустил, что японские Силы самообороны должны будут выступить на стороне Вооружённых сил США для отражения китайской агрессии. Конечно, такие заявления не остались без внимания в Пекине, где их назвали совершенно недопустимыми и опасными. По словам представителя МИД КНР Чжао Лицзяна, Япония несёт полную ответственность перед китайским народом за существование «тайваньского вопроса» и должна быть осторожна в словах и действиях. Любые попытки поддержать тайваньских «сецессионистов» будут расцениваться как вмешательство во внутренние дела КНР, ­— подытожил он.

Стоит отметить, что в Совместном заявлении РФ и КНР о международных отношениях, вступающих в новую эпоху, и глобальном устойчивом развитии, принятом в феврале 2022 г., Москва выразила безоговорочную поддержку принципу одного Китая. Под этим нужно понимать признание Тайваня неотъемлемой частью КНР, тогда как ряд государств с подачи США, скорее, говорят о некоем «едином Китае», не уточняя признание суверенитета именно коммунистических властей над островом. К слову, Тайбэй выразил протест относительно совместного заявления лидеров России и Китая и в конце февраля ввёл санкции против нашей страны из-за ситуации на Украине.

Допустимые пределы самообороны

Наконец, чрезвычайно беспокоит реакция Токио на обострение международной обстановки в связи со спецоперацией ВС РФ. Введение санкций довольно ожидаемо с учётом следования Токио в фарватере американской внешней политики. Характер и объём ограничений в этот раз оказались значительно существенней, чем в 2014 г., однако, например, топливно-энергетический сектор под них пока не попал.

Разочаровывает отказ японской стороны рассматривать вопросы экономического сотрудничества вне контекста решения «территориального вопроса» и обсуждать подписание мирного договора до удовлетворения своих претензий. Фактически, все договорённости, достигнутые В. Путиным и С. Абэ в Сингапуре в 2018 г., оказались дезавуированы. Скорее всего, останется нереализованным и «План из 8 пунктов», представленный в 2016 г. в Сочи, который до недавнего времени значительно способствовал развитию двустороннего сотрудничества. Переговоры министра иностранных дел Японии Й. Хаяси и министра экономического развития России М. Решетникова, состоявшиеся в феврале 2022 года, также, скорее всего, не дадут положительных результатов в ближайшее время. По некоторым неофициальным сообщениям, пока японская сторона не считает возможным дальнейшее взаимодействие в торгово-экономической и инвестиционной сферах.

Официальный Токио впервые трактовал действия России как «агрессию». В этой связи в политическом истеблишменте страны существенно ускорился процесс обсуждения необходимости изменения ст. 9 Конституции, запрещающей иметь вооружённые силы и наступательные вооружения. К инициативе Коммунистической партии Японии укрепить обороноспособность страны постепенно присоединяются и другие парламентарии. Весьма симптоматично и высказывание японского МИД относительно «оккупации» Россией южной части Курильских островов, что, на взгляд официального Токио — нарушение международного права, как и «нападение» на Украину. Возврат Японии к такой риторике вряд ли будет способствовать развитию двустороннего сотрудничества.

В этой связи, растут шансы на легитимизацию фактически уже утвердившегося курса Страны восходящего солнца на повышение оборонных расходов — на 2022 год бюджет составил 47,2 млрд долл. с перспективой увеличения ещё на 6,8 млрд долл. Дополнительные траты объясняются приобретением вооружений и оборудования, недопоставленных из-за эпидемии COVID-19, а также защитными мерами реагирования на угрозы со стороны КНДР и КНР. С учётом последних заявлений японских дипломатов, в официальный список недругов может попасть и Россия. Увеличение же финансирования до предлагаемых американскими аналитиками 2% ВВП (сейчас уже порядка 1,3%) позволит обеспечить дальнейшее совершенствование технологического уровня и ударных возможностей пока ещё Сил самообороны, что необратимо изменит расстановку сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

1. Yoshida F. (2018) From the Reality of a Nuclear Umbrella to a World without Nuclear Weapons: An Interview with Katsuya Okada // Journal for Peace and Nuclear Disarmament. Vol. 1, issue 2. – P. 474-485.

2. Скосырев В. Япония запустит спутники-убийцы // Независимая газета. – 2019. – 18 сентября.